Воспоминания

Из воспоминаний академика C. Л. Соболева

" Идея создания университета в Академгородке носилась в воздухе.По-моему, она пришла нам всем, инициаторам СО АН, одновременно, потому что все мы понимали, что без постоянного притока молодых людей нельзя создать настоящие научные школы. Значит - нужен постоянный приток молодежи, нужен университет. Не думаю, чтобы эта мысль принадлежала персонально кому-нибудь: индивидуального авторства здесь нет.

Создание университетской системы логически связано с опытом Московского Физико-технического института. Ясно было, что в новосибирском Академгородке нужно продолжать линию, начатую Физтехом, так что система НГУ рождалась не на пустом месте - мы творчески перерабатывали имевшийся опыт. Определенное влияние на нас имел и опыт физико-технического факультета Ленинградского политехнического института. Известно, что именно в Ленинграде сложилась школа, давшая стране физиков-ядерщиков, что ленинградский Физтех был связан с научно-исследовательским институтом. Это было совершенно особое учебное заведение, там впервые готовили кадры таким образом, как впоследствии в МФТИ и НГУ. " ("Университетская жизнь", N 25, 1984 г)

Из воспоминаний академика С. Т. Беляева

" В начале своего существования Новосибирский университет готовил кадры в основном для Сибирского отделения, поэтому сама цель его существования была четкой и, в общем, ограничивалась такой задачей. И задача эта была крайне важной- шли годы становления СО АН, требовавшего постоянного 2 кадрового прироста....

Но разумеется, постоянно такая задача перед университетом стоять не могла, потому что Сибирское отделение- это хоть и мощный, но ограниченный участок науки, и было ясно, что постоянно заполнять его людьми невозможно. И эволюция направленности университета происходила постепенно, по мере "ограничения аппетитов" СО АН.

Другой причиной переориентации университета уже в те годы стало расширение выходов науки в производительную сферу, в промышленность. Нужно было использовать возможности университета, чтобы эту связь укрепить. Я имею в виду следующее: хотя базой для подготовки специалистов оставались НИИ, они уже могли передавать часть выпускников в организации прикладного характера, вплоть до заводских лабораторий и КБ. Сегодня хочется, чтобы это направление выпускников не было хаотическим, а стало организованным распределением специалистов по путям уже установившихся научно-производственных связей, чтобы в производство поступали кадры, владеющие фундаментальной базой теоретических знаний, а главное- опытом исследовательской работы, чтобы они переносили этот опыт с собой. Эта тенденция сегодня и завтра должна развиваться и крепнуть, ибо эта часть задачи общенационального масштаба". ("Университетская жизнь", N 25, 1984 г)

д. ф-м. н. В. Н. Штерн - один из студентов того "нулевого" набора НГУ, который поступал в университет осенью 1959 года на второй курс.

" В 1959 году я уже учился на третьем курсе Ленинградского политехнического института. Учился, признаться, хорошо. Единственная четверка у меня была по черчению. А поскольку институт выпускал инженеров, то впоследствии чертить бы пришлось каждый день, что и угнетало: Не любил чертить! Шутка шуткой, а узнав об НГУ, сразу решил поехать в Новосибирск: Приехал я в Академгородок 7 ноября. Собственно, весь городок состоял из трех жилых домов:Родственники усадили меня за праздничный стол, а через день я предстал перед деканом единственного тогда факультета НГУ Б. О.Солоноуцем. Тот посмотрел в мою зачетку, затем на часы: "Что же вы, молодой человек, на лекцию опаздываете!" Так и стал я студентом нашего университета:Учеба в нем даже после столичного вуза была неимоверно тяжелой. Сейчас трудно представить, каково было нам, воспитанным на обычных вузовских курсах, адаптироваться к лекциям, которые читали светила науки: М.А.Лаврентьев, С.А.Христианович, С.Л.Соболев, Г.И.Будкер. Скажу так: первую неделю я вообще ничего не понимал. Вторую- стал смутно ориентироваться. Ну, а на третью стало нравиться:Во втором семестре уже появилось время на занятие общественной работой."

Академик, зав. кафедрой математического анализа ММФ с 1966 г Ю.Г.Решетняк

"Я работал в Ленинградском отделении математического института им.Стеклова. Прочитал в газете выступление М.А.Лаврентьева на сессии Верховного Совета СССР, где он говорил о планах организации Сибирского отделения. Мои коллеги горячо обсуждали этот проект.Один товарищ, более других осведомленный, рассказал, что научный центр будут строить в Новосибирске, и от математиков туда едет Сергей Львович Соболев. Сергей Львович довольно часто приезжал в Ленинград, и этим же летом я с ним встретился. Итогом встречи стало мое твердое решение ехать туда. Должен сказать, что многие коллеги сильно меня отговаривали, и ни они, ни я не представляли тогда всей гранидиозности замысла. Вскоре я уехал в Новосибирск, а в ноябре 1957 г.перевез туда свою семью. Первое время мы жили в городе.Институт математики был еще немногочисленным: кроме директора С.Л.Соболева, который в 1957-58 годах находился еще в Москве, работало пятеро сотрудников: П.П.Белинский, В.В.и Л.В.Войтишеки, М.М.Лаврентьев и я. В одной комнате с нами расположился институт гидродинамики, представленный единственным сотрудником А.А.Дерибасом. Осенью 1958 г. я с семейством переехал жить в Академгородок в один из домов Золотой долины. Была осень, леса стояли одетые "в багрец и золото", и потому это место назвали таким поэтическим именем. Рядом поселились молодые ученики М.А.Лаврентьева из МФТИ, недалеко, по выражению журналистов, была "заимка академика Лаврентьева".

В быту нам всем приходилось преодолевать много неудобств, например, колоть и пилить дрова, например, топить печку. Это сейчас Академгородок такой благоустроенный, а в то время он был весь в траншеях под коммуникации. Осенью- грязь, ходили только в сапогах. Поездка в город была довольно нетривиальным мероприятием: либо надо идти к автобусу из Бердска, либо голосовать у шоссе. Дорогу в город из Академгородка проложили гораздо позже. В общем, жить было не очень удобно. Но все трудности преодолевались в атмосфере дружбы, взаимовыручки и веры в общее дело.

Мысль о том, что при новом научном центре должен быть создан университет- кузница кадров, у создателей СО АН возникла на самом раннем этапе, и в августе 1959 г. был организован первый прием. Позже из студентов других вузов набрали второй курс. Хотя сразу возникло разделение по специальностям, лекции все слушали вместе, в здании нынешней гимназии N 3.

Первые лекции по матанализу читал П.П.Белинский. А.В.Бицадзе читал курс аналитической геометрии, мне же достался этот курс на вечернем отделении. Важным моментом становления матфака стал переезд А.И.Мальцева, Л.В.Канторовича и А.А.Ляпунова - виднейших математиков страны. Ляпунов сразу же занялся практическими вопросами организации физматшколы при университете.

Первым деканом матфака стал П.П.Белинский. Составление и обсуждение первых учебных планов у математиков происходило под руководством И.Н.Векуа, при участии М.А.Лаврентьева и А.И.Мальцева. Составители учебных планов на матфаке опирались на тот богатый опыт, который был накоплен ведущими университетами страны, стремясь в то же время привести в соответствие преподавание на матфаке современному состоянию науки, учитывая основные тенденции развития математики и ее приложений. В частности, по первому учебному плану был введен обязательный курс математической логики, и это впервые в университетском образовании. В других университетах он читался как спецкурс по отдельным специальностям. Физики ориентировались на физтеховские традиции.

М.А.Лаврентьев постоянно настаивал, чтобы обязательных занятий студентов было не больше 28 часов в неделю. Долгое время это требование выдерживалось. Правда, сейчас нагрузка значительно выше.

В то время у математиков существовал математический практикум, который превратился в дополнительные практические занятия по анализу. Один из первых ассистентов кафедры математического анализа В.А.Цехохо отмечал, что тогда все темы, касающиеся курса анализа, можно было отработать до мельчайших деталей. Сейчас этого практикума нет.

Я преподавал некоторое время два курса: аналитическую геометрию и дифференциальную геометрию.

В 1963 году по предложению А.А.Ляпунова, который тогда был заведующим кафедрой анализа, я взялся за курс математического анализа. Когда я занялся подготовкой курса, то увидел, что, с одной стороны, традиционный курс матанализа для математиков во многом устарел, отражает то понимание математики, которое имело место, скажем, в 30-е - 40-е годы. Это проявилось, например, в отсутствии должной последовательности в использовании теоретикомножественных представлений и связанного с ними формализма. В современных математических исследованиях этот формализм широко используется как нечто само собой разумеющееся. С другой стороны, я понял, что некоторые темы можно изложить проще или же в более общей и более современной форме, используя идеи, появившиеся в математике сравнительно недавно.

Одну из тем, а именно, теорию внешних форм, я разработал более тщательно и предложил свои записи Ляпунову с тем, чтобы их ввести в курс лекций. Вскоре на ротапринте было отпечатано одно из первых пособий университета - "моя" "История внешних форм".

В 1963 году состоялся первый выпуск. Среди лучших выпускников - Ю.Л.Ершов, первый член-корр., окончивший НГУ, Ю.А.Аниконов, ныне доктор физико-математических наук, "Заслуженный деятель науки РФ", был моим первым учеником.

Дальше стало легче. Один год шел за другим. И теперь, оглядываясь на прожитое, я самыми яркими и счастливыми годами считаю годы становления Сибирского отделения, когда нам было трудно и весело строить Академгородок и самих себя. ( "Университетская жизнь", 28 августа, N 26-27)

Последняя редакция: 29.10.2014 12:28