Вы находитесь на старом сайте НГУ. Перейти на новый сайт

16.01.2013

«Университет начинается... с витражей?», – интересуется автор альбома «Академгородок» Замира Мирзовна Ибрагимова на страницах своей иллюстрированной книги. Наверное, так и есть.

Когда мы входим в главный корпус Новосибирского госуниверситета, действительно, перед глазами возникает масштабная картина, способная захватить дыхание у неискушённого гостя. А вот студенты уже привыкли к тому, что над их головами распростёрся огромный витраж, состоящий из пяти крупных квадратов. Это уже обыденность – ничего интересного, проза жизни!

Но разве не хочется знать, кто всё это придумал и создал и что таят в себе эти витражи, что за люди изображены на них (если, конечно, помнится, что там они есть)? Самое время в этом разобраться!

Каков мастер...

Самый незамысловатый запрос в поисковую систему Google об авторе цветных витражей в главном корпусе НГУ обязательно выдаст вам его имя – Владимир Петрович Сокол. При желании не составит труда найти и обычную биографическую справку от Новосибирского отделения Союза художников России, где в списке основных работ мастера есть и витраж «Наука» в вестибюле НГУ (1975 год).

Там же написано, что Владимир Петрович Сокол – художник монументально-декоративного искусства. Прожил 63 года, из которых 35 – в Новосибирске. Плюс к известным сведениям – учился в Ленинградском высшем художественно-промышленном училище имени В. И. Мухиной.

Владимир Петрович Сокол.
Источник: Новосибирское отделение Союза художников России.

Список названий панно и витражей (именно эти техники использовал Сокол в своём творчестве) и сухие цифры, мелькающие по экрану, точно заставят заскучать. Не время!

Оказывается, есть ещё одна публикация о мастере – не просто материал, а «Песня о том, как Сокол сделал крокодила...». Её авторы – Отдел художеств журнала «Антилопа НГУ: Правдивая история первого в Новосибирске университета», вышедшего летом 1996 года тиражом «аж 999 экз.». В статье говорится, что известность «признанному мастеру мозаики» принесли не только панно на здании издательства «Советская Сибирь», резной корабль в здании Новосибирского ТЮЗа, витражи на станции метро «Речной Вокзал», но и «более камерные, более человечные» вещи. Среди последних – «деревянный крокодил и другие чурки в зимнем саду Дома Учёных».

В той же публикации, полное название которой, кстати, звучит так: «Песнь о том, как Сокол сделал крокодила, а ещё об Альберте Михайловиче Мельникове, что работает художником в Новосибирском университете на первом этаже лабораторного корпуса за дверью с надписью: Художник», говорится, как это ни забавно, о том самом художнике Мельникове. Правда, сейчас той двери с той самой надписью уже не сыщешь на прежнем месте.

Об Альберте Мельникове известно, что родился он в Хабаровске в 1936 году, «окончил графическое отделение художественного училища в Красноярске и к 35 годам, наконец, добрался до Академгородка». В университет Альберт Мельников пришел работать в 1971 году.

Альберт Михайлович Мельников.
Источник: «Антилопа НГУ: Правдивая история первого в Новосибирске университета».

В 1962 году пути Мельникова и Сокола пересеклись. Как справедливо заметила помощник ректора НГУ Нина Ивановна Бойкова, кабинет которой располагается как раз напротив витражей: «Уже мало осталось тех, кто всё это помнит...». А значит, приходится обращаться к архивным записям.

«Руководимая Владимиром Петровичем Соколом мастерская на улице Героев Труда была духовным центром, откуда искусство резьбы и мозаики растекалось по всему Новосибирску. Коллектив мозаичников и резчиков обложил и изрезал целый ряд зданий нашего города», – говорится в материале Отдела художеств «Антилопы НГУ». Там же отмечается, что «сплочённая группа художников всегда на виду, о них говорят, ими интересуются». Первая совместная работа – «огромное (метров 30, если прикинуть на глаз) резное панно в фойе Дома Учёных». Потом – мозаика на ОбьГЭС, через четыре года – панно «Природа Сибири» в ресторане «Обь», тот самый витраж в НГУ, работа над оформлением зала ожидания Речного вокзала...

В начале 80-х годов «группировка Сокола», куда входили (помимо, конечно, организатора и вдохновителя) Анатолий Свинарчук, Александр Хлыстов и Альберт Мельников, совершает одно из своих громких дел – «режет стены в ресторане Торгового Центра Академгородка». О витражах в «Песне о том, как Сокол...» сказано мало – ограничились одним предложением: мол, «наиболее заметное явление» – эти «многометровые витражи в главном корпусе НГУ». Там же говорится, что «в 1976 году непосредственными исполнителями замысла того же Сокола были Альберт Михайлович Мельников, Александр Моисеев и третий участник, фамилии которого история не сохранила, а сохранила лишь воспоминание, что это был бывший фронтовик и у него не было ноги».

Владимир Сокол через четыре года создал панно «Письменность, печать» на фасаде издательско-полиграфического комплекса «Советская Сибирь», а за пять лет до смерти закончил работу с витражами «Города Сибири» на станции «Речной вокзал».

Замира Ибрагимова в уже упомянутом ранее альбоме на развороте «Художники Академгородка» отмечает, что имя Владимира Сокола «вписано в историю Городка». Мастер представляется «свидетелем – и участником – эпохального рождения научного центра», отчего напрашивается вывод, что, возможно, именно по этой причине избранный жанр творца – «монументальное панно. В дереве и мозаике...».

Альберт Мельников в 80-90-е годы «вместо резца взял в руки кисть» и уединился в той самой мастерской «на первом этаже лабораторного корпуса НГУ». Работать пришлось «в популярном жанре настенного объявления», потому что университет жил обычной жизнью, той, где гласят правила: «не курить, не сорить, убирать пластмассовые стаканчики, иначе буфет закроют». В далёком 1996 году он собирался выйти на пенсию, но никуда не ушёл и проработал в НГУ ещё десять лет, а 2 августа 2006 года его не стало.

...такова и работа.

Павел Дмитриевич Муратов – один из самых авторитетных искусствоведов Сибири – в своей статье «Художник Владимир Сокол», вспоминая мастерскую своего товарища, отмечает, что «это был порядок, обусловленный любовным отношением к делу и к тому месту, где делается художническое дело. Он проникал и в самый строй произведений Сокола как проявление его организованной натуры». В 1974 году Владимиру Соколу открылась возможность сделать витраж в фойе университета, состоящий из пяти пятиметровых квадратов, каждый со своим сюжетом, но с общей для всех квадратов темой науки.

Стоит заметить, что в 1970-1980 годы важнейшим фактором роста города Новосибирска было как раз развитие науки. В книге «Новосибирск: История градостроительства 1945-1985 годов» Сергея Баландина отмечается, что «для развитой многоотраслевой промышленности появились большие возможности использования её (науки – прим.) достижений. Наука стала важной отраслью занятости населения, и в этом отношении она росла быстрее любой другой отрасли народного хозяйства».

В общем, с таким-то духом времени ожидать витраж под существующим названием «Наука» было в порядке вещей. Павел Муратов пишет, что для витража «привезли из Брянска плоское прозрачное цветное стекло», которое «резали на части нужной формы и величины и вставляли в подготовленные для них ячейки витража».

Владимир Леонидович Тюменцев, рабочий по комплексному обслуживанию и ремонту зданий при НГУ, рассказал о своей прикладной работе с витражами. Он тоже посетовал, что «ничего не осталось с тех времён», поэтому то, что есть и ещё помнится, приходится собирать по крупицам.

«Владимир Петрович Сокол, считавшийся главным художником Академгородка, привлекал нас к работе над витражами, как молодёжь. Он мог подсобрать людей, кто свободен или кто желает, из разных институтов. А я в то время уже работал в университете.

Помню, что Владимир Петрович всё время приглашал человек пять – среди них были Саша Хлыстов, я, Альберт Мельников... Допустим, если делали панно из смальты – мы смальту кололи, а тут мы резали стекло, гнули пластинки. Это, на самом деле, старая техника витражей, сейчас витражисты так не работают. Но это был его профиль, ведь Сокол – монументалист. К тому же, например, живопись долго не стоит – материал не тот.

Конечно, работа была не быстрой. Но я не могу вспомнить сроки – столько времени прошло... Больше потратили на подготовку к работе: в то время непросто обстояло дело с материалами – надо было их найти, завезти; всё это нужно было финансировать. Много времени занимали и эскизы, с которыми возился Владимир Петрович.

Нам же была отведена техническая сторона дела, надо было всё выполнять «по рецепту»: клей замутить, например, по шаблону выгнуть лепестки. Правда, мы недолго этим занимались и бесплатно», – вспоминает прошлую работу Владимир Тюменцев и добавляет, что очень рад, что эта «затейка» с витражами была реализована именно нашим, сибирским художником.

И вот результат – «в фойе университета днём и вечером при освещённом фойе во дворе витраж сияет цветом чистых прозрачных плоскостей» (Павел Муратов).

Что же собственно представляют эти самые плоскости, квадраты, витражи? Кто на них изображён? Удивительно, но большинство людей совершенно не знает ответов на эти вопросы. Да, портрет Ломоносова легко угадывается на четвёртом витраже, тот, что рядом с Луной, а вот определить, кто именно из античных философов или мыслителей, изображён с лавровым венком на втором витраже, рядом с Солнцем, очень трудно.

Сергей Владимирович Филонов, главный хранитель фондов музея истории архитектуры Сибири имени С. Н. Баландина (НГАХА), тоже замечает, что о витраже в главном корпусе НГУ известно очень мало. «Композиционно витраж делится на пять частей. Солнце и Луна (это боковые витражи, первый и пятый соответственно – прим.) – светила. Здесь проводится некая параллель между настоящим и прошлым. Кроме того, в те годы прошлое казалось тёмным, а будущее, наоборот, светлым», – рассказывает Сергей Владимирович.

И, действительно, в статье Павла Муратова говорится, что «Сокол всегда хотел каждым своим произведением в сфере монументального искусства сказать больше того, что может вместить один чувственный образ и потому его панно состоят из нескольких соподчинённых сюжетов, в совокупности охватывающих одну общую тему», причём «у большинства произведений Сокола их центр или центры, если панно протяжённое, трактуется как символ с более или менее общим смыслом...».

Таким образом, центром всей композиции из цветного стекла является третий витраж с изображёнными на нём – кем бы вы думали? – студентами! Сергей Филонов уточнил, что «по центру в круге – студенты 70-х годов». Юноша и девушка изучают книгу. По словам Сергея Филонова, тут показан «процесс увлечённого овладения знаниями». Прослеживается и некая связь времён. Неслучайно, витраж «Наука» рассматривается как символ преемственности поколений учёных.

По бокам центрального витража размещаются внешне похожие витражи: в центре – яркая картинка с обобщённо-символическими фигурами абстрактных людей (в которых, к слову, можно усмотреть вполне определённых личностей), а по «сторонам света» (сверху и снизу, справа и слева) – так называемые медальоны (небольшие портреты известных учёных, основателей разных направлений в науке). Слева, если смотреть на лица студентов, располагается витраж, в центре которого – мужчина глядит в телескоп. Это первые наблюдения за звёздным небом. Учёный – первопроходец в астрономии, но, по мнению Сергея Филонова, он символичен, то есть это легко может быть и Галилео Галилей, который в 1609 году собственноручно сконструировал первый телескоп и направил его в небо, и кто-то из его последователей. «В первую очередь, центральные персонажи, изображённые на витражах (имеются в виду этот, второй, и четвёртый – прим.), – аллегория, некий собирательный образ учёного», – отмечает Сергей Филонов.

На втором витраже в медальонах можно точно определить, разве что, Николая Коперника. Портрет польского астронома, создавшего гелиоцентрическую систему мира, третий постулат теории о которой гласил, что «все сферы движутся вокруг Солнца», расположен справа. Напротив него (соответственно слева) – английский естествоиспытатель Чарльз Дарвин, основоположник эволюционного учения о происхождении видов животных и растений путём естественного отбора. Сверху – древнегреческий математик, физик и инженер из Сиракуз Архимед, тот самый человек в лавровом венке. И, наконец, снизу – Исаак Ньютон, создатель классической физики и автор закона всемирного тяготения.

На правом витраже от центра, четвёртом по счёту, взгляд тут же падает на изображение мужчины и женщины, которые совершают какой-то эксперимент или ставят опыты. Первоначальная версия о том, что в центре этого витража изображено семейство Кюри (Пьер Кюри и его супруга Мария Склодовская-Кюри совместно занимались исследованием радиоактивности), тут же развалилась. Сергей Филонов заявил, что изображённые мужчина и женщина представляют собой символ равноправия полов. «Эмансипация женщин в Советском союзе произошла раньше, чем в других странах. А для Академгородка и его научной среды, тем более, была характерна ситуация, когда все члены семьи занимались наукой», – отметил Сергей Владимирович, подчеркнув и то, что на центральном витраже фигуры тоже парные – студент и студентка.

Из портретов на медальонах четвёртого витража легко угадываются два учёных, известных каждому школьнику со среднего звена.

Слева – энциклопедист и поэт Михаил Васильевич Ломоносов, по мнению Александра Сергеевича Пушкина, «первый наш университет», а напротив него – тоже ещё один наш энциклопедист Дмитрий Иванович Менделеев, открывший периодический закон химических элементов. Сверху изображён Николай Иванович Лобачевский, создатель неевклидовой геометрии, а также деятель университетского образования и народного просвещения. Внизу – портрет русского эмбриолога, бактериолога и иммунолога Ильи Ильича Мечникова.

Разобравшись с изображёнными героями, можно выдохнуть. Но есть ещё одна история с этими витражами...

В одном из документальных фильмов из цикла передач НТВ «Всегда впереди» о вузах России показывали и НГУ. Журналист Андрей Ковтуненко отметил, проходя мимо витражей в главном корпусе, помимо того, что это «самое любимое и известное место встречи у студентов», и то, что «витраж символизирует равнобедренный треугольник академика Лаврентьева – наука, производство, кадры».

Действительно, такое понятие существует, а равнобедренный треугольник, о котором было упомянуто в телесюжете, – та же формула первого Председателя СО АН Михаила Алексеевича Лаврентьева: «Наука – образование – производство», то самое триединство, которое следует «содержать» в гармонии, иначе всё придёт в упадок.

Соответственно, легко можно сопоставить «кадры» (или «образование») как третий витраж (тот, что в центре, со студентами). Тогда «наука» – это, без сомнения, второй витраж, с телескопом и глобусом, а «производство» – четвёртый, с мужчиной и женщиной. Но Сергей Филонов считает, что таким образом в любом символе можно найти что-то, а значит, связать обнаруженное с какими-то, возможно, даже далёкими от него вещами.

На сегодняшний день витраж «Наука» в главном корпусе Новосибирского государственного университета – крупнейший витраж Сибири, которому через пару лет «стукнет» сорок. И тогда-то по-настоящему осознаётся, что наш университет действительно начинается с витражей. Они – та самая визитная карточка, «лицо» нашего учебного заведения.

Поэтому, проходя мимо, подними голову и посчитай бородатых учёных на витражах или со второго этажа внимательнейшим образом изучи изображённых личностей на портретах, чтобы успокоить себя, что по соседству с Архимедом действительно Дарвин, а не, допустим, Сократ.

ТЕКСТ: Анастасия Грасмик

ФОТО: Яна Супруненко

Last edit: 22.10.2014 12:18