Рецензия

На книгу Н.С. Розова Колея и перевал макросоциологические основания стратегий России в XXI веке / Н.С. Розов. – М.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 2011. 735 с.


В.И.Разумов


Новая книга Н.С. Розова заслуживает серьёзного внимания по следующим соображениям: 1) она представляет собой серьёзное теоретическое исследование причин и механизмов динамики развития России с 17 в. по настоящее время, где находит применение аппарат исторической макросоциологии [1]; 2) работа является примером содержательно богатого и удачного междисциплинарного исследования; 3) формируемая автором монографии теория, становится продуктивным материалом для выстраивания стратегий управления властью, а также для выбора моделей поведения гражданами, социальными группами, включая элиты.

Обратимся к анализу материалов. Следует отметить когнитивную тщательность автора в определении предмета, терминологического аппарата, логико-методологических инструментов. Оглавление книги (с. 2-4) разделено на 4 части, которые включают: 21 главу, а в каждой из глав выделены параграфы, введение, заключение, 5 приложений (с. 629-707) список литературы (с. 707-726). Аналитическое содержание (с. 727-734) репрезентативно в отношении всего материала работы, оно позволяет в компактном виде восстановить прочитанный материал или, наоборот, подготовиться к его прочтению.

В книге удачно используется свойственный макросоциологии схемотехнический подход, где схемы не только делают сложный материал более доступным, но являются эвристически богатыми качественными моделями анализируемых ситуаций. Это делает возможным компактно и достаточно строго представить историю России в системе декартовых координат, где, в частности, «X» выражает изменение свободы, а «Y» государственный успех. Интересным результатом такого анализа является то, что область, где свобода (личности) сочетается с величием государства вообще не освоена российской историей (с. 148-162 ).

В обсуждении феномена «русской власти» Н.С. Розов выявляет три, несущих её «онтологических кита или компонента»: культурные, психические, социально-структурные, организуемые «интерактивными ритуалами» (с. 227). Особенности русской власти: сама себе основание и цель, государственное насилие есть фактор легитимности власти, крайняя асимметричность в распределении прав и обязанностей, отсутствие обратных связей, поддерживая ритуалами живучесть (с. 228-235).

Книгу выгодно отличает присутствие эксплицированной когнитивной рефлексии, в частности на с. 236 приведена схема «отношений между основными смысловыми компонентами первой и второй частей книги» с указанием глав, где они изложены.

Трудно не согласиться с мыслью: «инвариантное свойство российских габитусов – рентоискательство» (с. 239). По-моему в этом заключается и ответ на вопрос, почему РФ далека от инновационного развития, и это усиливается «незащищённостью и нелегитимностью частной собственности в сочетании с легитимностью переделов» (с. 242).

Многообразие вариаций циклов российской истории автор удачно сворачивает до трёх тактов: кризис, авторитарный откат, стагнация. Печально, но трудно не согласиться с выводом Н.С. Розова о том, что теоретический анализ верифицируемый фактами убеждает, что параметры «государственный успех» и «свобода» за анализируемый отрезок времени в 200-300 лет всегда меняются в противофазе. Новейшая история пока не демонстрирует исключения из данной закономерности.

Наряду с рациональным анализом в поле зрения оказываются факторы менталитета. К примеру, этому посвящено обсуждение так называемого «вертикального договора» между верховной российской властью и подданными, существующего от киевской Руси по настоящее время. Печально, но я согласен с автором, что в настоящее время этот договор играет отрицательную роль в отношениях: государство, население страны. Выражается это известным афоризмом о том, что ни государство, ни население России ничего друг другу не должны.

Установка на системный подход к процессам развития России позволяет увязывать в органичное целое механизмы коррупции, деградацию государственных институтов. Перечисленные и др. процессы получают выражение в схемах «Монопольно-перераспределительный контур деградации» (с. 319); Контур инфраструктурной деградации (с. 320); контур деградации и перерождения институтов (с. 323); контур деградации социального капитала (с. 327) контур деградации человеческого капитала (с. 330); демографо-геополитический контур деградации. Процитирую определение: «широко распространённая подданническая политическая культура является взаимодополнительной с государственным патернализмом и вотчинностью, служит могучим фактором массовой терпимости и коррупции (с. 344).

Как же выйти из колеи исторических циклов? Этот вопрос начинает обсуждаться с гл. 14.

При обсуждении темы «транзита» РФ в демократическое общество Н.С. Розов пишет: «Увы, элиты и население современной России характеризуются как сохранением исторического «имперского сознания», так и отвержением любых западных «учителей демократии». Это означает, что ожидать каких-либо лёгких путей «транзита» не приходится» (с. 389). Выход из колеи и покорение перевала заключается в «настойчивых и ничем не гарантированных попытках «перевалить» в новое устойчивое состояние – действительное, а не имитационное демократическое устройство» (с. 389). Далее, мы читаем о «перевале» к «новой качественно иной стабильности с другими режимами функционирования и другой динамикой развития» (с. 396). Предпринят анализ безнадёжности авторитарной модернизации (с. 398-402). А за «перевалом» нас ждёт «Общество со своими проблемами, трудностями и кризисами, но такое, в которое стремятся попасть, куда перевозят семьи, где хранят капиталы, вкладывают в производство и покупают недвижимость» (с. 406). Вряд ли кто-то возразит против такой мечты, но как её превратить в реальность?

Итак, нужно избежать кризиса формированием полиархии, развивая коллегиальную власть, горизонтальные договоры и самоорганизацию, разрушение анонимности и нетерпимости к насилию, блокирование и обращение контуров деградации, вмешательство в фискально-коррупционный контур, блокирование контуров монопольно-перераспределительного и деградации институтов (с. 411-427). Важную роль смогут сыграть институциональные преобразования, представленные комплексно в схеме (с. 462).

Анализ объективных факторов и параметров динамики российского общества достаточно гармонично дополняется обсуждением «проблемы субъектности и массовой поддержки преобразований» (с. 462-463). В развитии данной темы интерес представляет схема «контура институционального и ментального развития политической культуры элит и масс» (с. 466). Также схематически представлено «Вмешательство в контур человеческого капитала с целью его обращения из контура деградации в контур развития» (с. 483).

В главе 17 автор переходит к обсуждению социальных механизмов «покорения» перевала, интересные и аргументированные рассуждения аккумулируются в схеме: «Обращение контура социального капитала от деградации к развитию» (с. 504). Глава 18 в основном посвящена разрабатываемой Розовым с начала 90-х гг. темой мегатенденций (вестернизации (глобализации), изоляционизма, многополюсного мира). Трудно не согласиться с выводом о зависимости: «перманентного отставания институтов и практик обеспечения экономической ответственности от роста скорости от роста скорости, плотности и масштабов экономических взаимодействий и процессов» (с. 530). Какие же стратегии способны привести Россию к успеху? С этой целью в русле мир-системного подхода определяются «координаты» страны, относящейся по мнению большинства специалистов с 17 в. по н/в, к разряду стран полупереферии. Каковы же перспективы мир-системного роста РФ. Наряду с геополитическими и геоэкономическими приоритетами большое внимание уделяется геокультурным стратегиям. Их развитие вписывается в развёртывание третьей мегатенденции (многополюсный мир) связанной с такими установками как консенсус, партнёрство, ответственность, открытость. В этой связи важно развитие установки на баланс конкуренции/кооперации в выстраивании рыночных отношений. В практическом плане, скорее всего, в кратко- и средне-срочной перспективе стоит ориентироваться на развитие на территории РФ транспортной сети с привлечением различных партнёров (Европа, Китай, США, Япония). Вне сомнения, острейшая проблема – отток из РФ интеллектуалов. Она усугубляется почти нулевой академической мобильностью, даже в сравнении с перемещениями учёных и преподавателей внутри СССР.

Серьёзные вопросы безопасности России обсуждаются в 20 гл. Автор выявляет нечёткость и неопределённость в содержании «Стратегии национальной безопасности до 2020 года», принятой в мае 2009 г. При размышлении о образе будущего мирового порядка и определении места в нём России (21 гл.) можно сосредоточить внимание на схеме «Перспектив перехода к новому мировому порядку в рамках модели циклов гегемонии Дж. Модельски» (с. 597). Руководству страны и элите необходимо принять установку на «создание условий для роста населения и богатства прежде всего на окраинных и рискованных для отпадения территориях» (с. 605), а не сосредоточивать значительный экономический и административный ресурс на очередном прожекте расширения Москвы. Вероятно, инертность имперского мышления сможет быть преодолена серьезным кризисом гиперцентрализации Всего в нынешней столице РФ. В качестве основы для проектирования и управления целесообразным будет обратиться к схеме «Контура демографического роста и развития человеческого потенциала» (с. 611).

Мне как автору и соавтору сложных для написания и понимания читателям книг очень близко состояние Н.С. Розова, пишущего заключение к сложной, разноплановой работе. Сразу замечу, я не разделяю положения о том, что в докладе, книге, лекции должны быть одна не более две мысли. Это справедливо, если в обсуждении темы истории и будущего России была бы найдена одна Универсальная Интерпретация и указан один Единственно Правильный Путь. Такого нет, поэтому вполне уместно вспомнить Х.Л. Борхеса с его великолепным «Садом возникающих тропок». В принципе, тем Читателям, кто по разным причинам не сможет внимательно ознакомится с книгой, чтобы понять основные идеи Н.С. Розова будет достаточно познакомиться (прямо ситуация с вменяемой диссертацией) с оглавлением, введением, заключением. Особое внимание привлекают пять приложений. Они представляют собой интересные материалы, не только дополнительно обосновывающие заложенные в книге идеи, но они составляют историю вопроса, а также являются опытами или призывами практического воплощения некоторых положений основной части книги.

В целом книга вызывает глубокое уважение к автору как за разнообразие и богатство организованных в гармоничное целое материалов, так и за художественную форму, выраженную в хорошем литературном стиле, а также в тщательно подобранных эпиграфах.

Итак, говоря совершенно искреннее спасибо Николаю Сергеевичу за замечательную книгу, остановлюсь на критических соображениях.

Даже высокоразвитые страны только начинают осваивать постиндустриальный формат развития, причём, мировой кризис касается как старого индустриального, так и нового постиндустриального общества, поэтому насколько основательно утверждать, что демократия есть оптимальная политическая организация для этого нового формата. Стоит заметить, что все известные демократии есть страны с высокой концентрацией капиталов.

Ясно, что нельзя объять необъятного (ещё раз вспомним К. Пруткова), но при обсуждении цикличности развития России, мне кажется, было бы уместным отнестись к концепции динамики поколений экономиста П.А. Ореховского [2].

Лично я убеждён, что человечество переживает глубочайший системный кризис, с одной стороны, это кризис индустриальной цивилизации, но, с другой стороны, это и кризис постиндустриального общества [3]. Причём, отнюдь не факт, что человечество окажется в состоянии на протяжении ближайших десятилетий, а, возможно, и вообще, перейдёт в данный формат развития. Здесь, полагаю, уместно, работая в строгой академической манере, всё-таки обращать внимание на авторов, активно работающих над такими темами как сценирование будущего (С.Б. Переслегин и др.). Как минимум, следует учитывать фактор влияния такой литературы на интеллектуалов, активно читающих и обсуждающих эти работы.

Уместен и вопрос о перспективах национальных государств в качестве ведущих акторов мировой динамики 21 века, а таком случае и о ведущих субъектах развития человечества.

Степень адекватности моих замечаний или справедливости авторской концепции определиться ближайшие годы, речь, разумеется, идёт не обязательно о выходе из кризиса, а о выделении конуса сценариев развития цивилизации.

Литература

  1. Розов Н.С. Историческая макросоциология: методология и методы: Учеб. Пособие / Новосиб. гос. ун-т. Новосибирск, 2009. 412 с.

  2. Ореховский П.А. Поколенческая динамика и новейшая история СССР – России (1950–2004 гг.) // Поколенческая динамика. С. 37-65.

  3. Разумов В.И. Кризис в науке и профессионализация интеллектуальной деятельности // Вестн. Ом. ун-та. 2011. № 1. С. 15-21.

  4. Переслегин, С. Опасная бритва Оккама / Сергей Переслегин. М.: АСТ: Астрель, СПб.: Terra Fantastica, 2011. 664 с.

Разумов В.И., 30.08.2011 г.