Вы находитесь на старом сайте НГУ. Перейти на новый сайт

Дни научного кино подошли к концу, финальным аккордом кинофестиваля стала уже традиционная «Ночь в НГУ», на которой можно было посетить скрытые от глаз обывателя кабинеты и лаборатории, задавая при этом любые вопросы. Чем интересна эта экскурсионная программа? Как она проходила и стоит ли в будущем рекомендовать ее своим знакомым?

Содержание


Отправная точка

Вечер. Уже успело стемнеть. На пороге нового корпуса НГУ стоит разношерстная группа людей, среди которых особенно выделяются двое, держащие транспарант с цифрой 1. Это и есть студенты-проводники, ведущие первую из пятнадцати групп людей по таинственным уголкам нашего университета. Проверив, все ли на месте, мы начали двигаться в сторону столовой НГУ, ведь именно рядом с ней располагалась первая точка нашего маршрута: лаборатория геодинамики и палеомагнетизма.

Когда мы пришли на место, всех завели в небольшое помещение, состоящее из нескольких комнат. Нас провели в самую большую из них, где стояло много разного оборудования, издающего характерные и довольно громкие звуки.

— Все вы знаете, что у Земли есть магнитное поле. От этого магнитного поля камни, грубо говоря, приобретают намагниченность — становятся маленькими магнитами. Изучением этой самой намагниченности мы и занимаемся.

— Начинается все с того, что первым делом мы едем в экспедицию в поле, где с помощью специального аппарата выбуриваем образцы, в дальнейшем распиливая их на маленькие «таблеточки», которые уже потом используем для измерения намагниченности. В чем смысл этой работы? Изучая эти образцы, мы можем восстановить древнее положение континентов.

И действительно, несколько глобусов наглядно демонстрировали древние материки в разные периоды времени.

Впоследствии оказалось, что основной шум в лаборатории создавал аппарат для измерения намагниченности, а именно компрессор, который осуществлял его непрерывное охлаждение жидким гелием.

«Как вы видите, здесь что-то кристаллизуется»

Далее нам предстояло побывать в лаборатории физико-химических основ фармацевтики материалов, поэтому мы направились к лабораторному корпусу. Дойдя до места, мы увидели, что большую часть всего пространства лаборатории занимают различное оборудование и компьютеры, свободного места практически нет.

— Наша работа состоит в исследовании фармацевтических материалов, проще говоря, «таблеток». Знаете глицин, парацетамол? Именно этим мы и занимаемся. Конкретно сейчас мы работаем над средствами против диабета.

— Мы изучаем кристаллические тела, поскольку большинство таблеток — кристаллы. В кристаллах можно упаковать молекулы по отношению друг к другу по-разному. Причем разные кристаллические формы будут иметь разную биологическую активность и биологическую доступность, то есть некоторые таблетки будут действовать, а некоторые не будут. В нашей лаборатории мы изучаем переходы между такими формами. Осуществляется это с помощью прибора дифрактометра.

Следующей остановкой был кабинет кристаллографии. Оказалось, что это довольно небольшое помещение с множеством коробок и стеллажей. Тут и там виднелись чашки Петри, колбы, а также другие сосуды разной формы и размера. В одних были уже готовые кристаллы, в других только заготовки, которым предстояло еще долго расти, в-третьих и вовсе располагались различные реактивы.

— Для того чтобы рассмотреть структуру молекул, нам нужны кристаллы, чтобы получить эти кристаллы, мы используем эту комнату. Здесь мы готовим образцы, получаем монокристаллы.

— Как вы видите, здесь что-то кристаллизуется. Вырастают очень мелкие кристаллы, их видно только под микроскопом. Вот эти кристаллы не простые — они изгибаются. Как кристаллы могут гнуться, у нас в головах не укладывается, но они все-таки могут это делать. Это и изучаем.

— В этой коробке кристаллы, в той коробке кристаллы, вон там кристаллы, тут кристаллы, и там тоже они. В общем, здесь везде очень много кристаллов.

К счастью, кроме кристаллов здесь есть оборудование для их исследования, например, ультразвуковая ванночка, микроскоп, весы и печка для испарения под вакуумом.

В гостях у хромосом

Теперь по плану была кафедра цитологии и генетики. Когда мы до нее добрались, то нашему взору предстала аудитория с многочисленными микроскопами, для каждого из которых был подготовлен специальный цитологический препарат. Разумеется, нам разрешили воспользоваться микроскопами. Мне удалось рассмотреть практически все препараты, среди которых были живые клетки роголистника, различные нарушения митозов, политенные хромосомы, мазок человеческой крови и другие.

Помимо этого, на площадке выставили экспозицию костей древних животных, а также опытные образцы «для самых бесстрашных» — полупрозрачные эмбрионы мышат, у которых были окрашены уже сформировавшиеся кости.

Съесть насекомое

Осмотрев все экспонаты, мы отправились на кафедру общей биологии и экологии. Там нас встретил хорошо знакомый многим студентам преподаватель — Михаил Георгиевич Сергеев.

— Наша задача, во-первых, исследовать биологическое разнообразие. Разумеется, со всеми группами работать нельзя в силу их великого множества, поэтому мы работаем в основном с разными группами насекомых, сейчас еще и с дождевыми червями. Поскольку в названии кафедры есть слово «экология», мы стараемся привить студентам некоторые экологические навыки, занимаемся исследованиями в этом направлении.

Пока все рассматривают насекомых, фоном крутится французский фильм, посвященный вспышке знаменитой пустынной саранчи в Африке. Собственно, ничего нового: саранча летит и съедает все на своем пути. Но, как объяснил Михаил Сергеев, местное население может использовать этот вид саранчи в пищу, что вообще находится в современном тренде.

— Сейчас все призывают к тому, что нужно есть насекомых. Хотя использование в пищу насекомых — это отдельная история, там не все так просто, но в целом такое возможно.

В аудитории было приготовлено два микроскопа. Под одним можно было увидеть знаменитую блоху, а под вторым — дальнего родственника дождевых червей. Также мы посмотрели на окаменевший аммонит, повертели его в руках, убедившись, что это действительно настоящий камень, а не какой-нибудь муляж.

— У нас есть экспонат, который намного старше университета. Как вы знаете, НГУ был основан в 1959 году. А этот цилиндр, видите надпись — баланус, был сделан в конце XIX века. Есть такие экспонаты и среди насекомых.

Это тут лягушек режут?

Пришел черед идти дальше. На этот раз мы отправились на практикум по физиологии факультета естественных наук. Здесь присутствовали разные лабораторные животные. Например, имелось две крысы: декоративная и лабораторная, нам объяснили, в чем заключаются их различия, и даже позволили подержать на руках. Были и лягушки — их тоже потрогали.

— Лабораторные животные меньше по размеру. Это сделано для того, чтобы можно было их экономично содержать. Кроме того, они отбираются на дружелюбное отношение к человеку. Данная крыса линии Вистар является альбиносом — у нее отсутствуют пигменты. То есть то, что у нее красный цвет глаз, не говорит о том, что у нее пигмент в глазу красный, это просвечиваются глазные сосуды.

— На крысах мы смотрим топографию внутренних органов, так как это довольно крупные животные, а также работу внутренних органов. На лягушках же мы изучаем рефлексы. Особенно интересно было наблюдать под микроскопом циркуляцию крови в капиллярах лапок усыпленных лягушек.

А вот и специальный вольер с мышами, в котором на открытом поле проводился тест поведенческих реакций.

— Когда мышь бегает вдоль стенки, она проявляет свою исследовательскую активность, но при этом у нее достаточно большой уровень тревожности, так как она боится отойти от стенки, чтобы посмотреть, что есть в округе. Как только животное более или менее осваивается, оно начинает отходить от стенки и даже выходить в центр. Однако когда животное выходит в центр, оно сильно рискует, поскольку не имеет укрытия ни с какой из сторон и понимает, что до ближайшего укрытия далеко. Если в этот момент нападет хищник, то, скорее всего, животное погибнет, ведь спрятаться попросту негде. Поэтому мыши, которые выходят в центр арены, — настоящие храбрецы. Вообще, показателями тревожности в тесте являются почесывания, умывание, то есть так называемый «груминг».

Время минералов

Покинув живность, отправляемся в новый корпус, в кабинет минералогии.

— Все мы знаем графит. Он легко пишет по тетради. Это связано с тем, что он имеет слоистую структуру, может делиться по определенным направлениям, оставляя следы на тетради. Но не все минералы схожей структуры имеют схожие свойства. Химический состав графита и алмаза одинаков, однако алмаз является самым прочным минералом на планете Земля.

Там же нам дали время рассмотреть одну из лучших в России коллекций минералов и пофотографировать образцы.

В кабинете неподалеку нам рассказали все о петрографии.

— Петрография — это наука, которая занимается стилистическим описанием горных пород, отвечает на вопросы: что это за порода и как она называется.

Петрография возникла в середине XIX века. Ее возникновению предшествовало изобретение поляризационного фильтра, а также методики приготовления специальных препаратов — шлифов. Таким образом, петрографический микроскоп не просто дает увеличение, но и создает специальный поляризованный свет.

Каменный Ленин

Пришло время отправляться дальше. Мы попали в музей лаборатории этнографии, где проходила выставка, посвященная столетию революции. Редкие книги с толстыми переплетами, раритетные выпуски газет, документы — все это лишь небольшая часть экспозиции. Рассмотрев несколько книг, я решил принять участие в викторине по знанию истории революции 1917 года. Она проходила в несколько этапов. Так, предлагалось угадать имя какого-либо революционного деятеля по фотографии, расшифровать аббревиатуры или советские имена.

К слову, Ленин был тем еще знатоком маскировки, потому что на одной из фотографий в костюме рабочего его было совершенно не узнать. Зато на селфи вождь мирового пролетариата вышел у всех предельно узнаваемым.

Пришел черед навестить и археологов. В месте, где располагалась их экспозиция, пол был накрыт брезентом, а вокруг него были расположены удобные подушки.

— Сейчас же на данной площадке мы изготавливаем орудия труда, которые человек использовал в палеолите. Здесь вы видите кучу камней — это уже заготовки. Изначально это был большой валун, который мы привезли из восточного Казахстана. Почему так далеко? У нас в Новосибирской области нет подходящего для изготовления орудий камня, потому что далеко не каждый камень пригоден для раскалывания. Те камни, которые можно найти у нас в районе Ини, — это сланцы, они очень мягкие и сыпучие, не дают такого твердого и острого рабочего края режущей кромки. Поэтому у нас на территории НСО самое древнее человеческое поселение было основано около 14 тыс. лет назад — это очень мало.

Нам показали скребло, обработанную им же кость и древесину. Затем дали подержать в руках это невероятное орудие труда. Получив в руки скребло, на миг почувствовал себя первобытным человеком и появилось страшное желание с помощью него что-нибудь обработать.

Скелеты в шкафу

Последним на очереди был практикум Института медицины и психологии. Там студенты второго курса ИМП рассказали нам про специфику обучения студента-медика, а также перспективы его дальнейшей работы. Показали скелет человека, а также различные искусственные анатомические препараты, такие как кости и мышцы. Кроме этого, ребята провели интересную викторину по определению человеческих костей (я бессовестно подсказывал на латинском, но моя группа меня не понимала).

Особенно на этой площадке поразил недавно приобретенный интерактивный анатомический стол «Пирогов», который позволяет заметно улучшить изучение анатомии c помощью 3D-моделей человеческого тела.

Вся экскурсия продлилась 2,5 часа. Несмотря на сложность некоторых «площадок», программа мероприятия была интересна не только детям, школьникам, но и людям старшего поколения, а также студентам. «Ночь в НГУ» — это идеальная возможность окунуться в мир науки, дотронуться до высоких материй, которые ежедневно изучают студенты и работники нашего университета. Особенно приятно то, что на этом мероприятии НГУ представлен во всей своей красе с разных сторон: и с естественнонаучной, и с технической, и с гуманитарной.

Текст: Илья Карабанов

Фото: Кристина Камаева и Евгения Полынцева (Фотоклуб НГУ)

Последняя редакция: 01.12.2017 20:22